Адам — черноволосый самоубийственно романтичный музыкант, который когда-то кутил с Байроном и сочинял с Шубертом. Одежду предпочитают тёмную, вплоть до перчаток. Хоть Адам и пишет феноменальную музыку, его сценой остается заброшенный дом в одноэтажном Детройте. Из-за такой скрытности гениального композитора, интерес смертных к нему подогревается всё сильнее.

Выбитые окна, отсутствие фонарей, закрытые фабрики и заводы — идеальный пейзаж для музыканта. Ещё Адам полностью разочарован в нас, простых людях. Наверное, люди и есть главная причина его многовековой депрессии.

Ева — полная ему противоположность. Снежные волосы, светлые одеяния. Её хоромы в тёплом Танжере засыпаны книгами на разных языках. В отличие от своего возлюбленного, она наслаждается бесконечной жизнью. К людям она относится снисходительно. Ева ничего не сочиняет, но с удовольствием впитывает плоды своего “единственного”, мировых классиков и философов. Не даром, её близкий друг — вампир, написавший “Гамлета” и отдавший его выпивохе Шекспиру.

С первых минут Джармуш обозначает заглавной темой антитезу. Причем антитезу всего: мужчин и женщин, черного и белого, вампиров и людей, Адама и Евы.

Вампиры в воображении режиссера — это великие творцы и учёные. Они отдают свои труды людям. Немногие из нас пользуются богатым культурным наследием, а большинство старания бессмертных так вообще игнорируют. Для вторых у кровопийц есть едкое прозвище — “зомби”.

На почве такого неравного обмена вампиры держат массу за материал, не способный правильно распоряжаться жизнью и который время от времени нужно чистить. Вспомним чуму.

Но вампирам нужна человеческая кровь, чтобы жить и творить дальше. Поэтому хлеб для них не только в музыке, знаниях, духовном опыте, но и в наших артериях. И тут Джармуш расширяет тему контраста. Как черное не может без белого, так и вампиры не могут быть без людей. Одно без другого не работает. В общем, противоречие это необходимо, как ни покрути.

Они — это культура и знания, которые то нужны, то не нужны человеку. Мы — это то, за счет чего колотится их сердце.

Джим Джармуш — мастер. “Выживут только любовники” — кино прекрасное, мудрое и даже остроумное. Интеллектуальные шуточки типа бейджиков “Доктора Фауст” и “Доктора Ватсон”, или дома, где вырос малыш Джек Уайт. Ещё упоминание Теслы и других исторических имён в разговоре между делом, мол, да, выпивали с ним в XIX веке. Всё это по-своему мило и приятно.

Диалоги о гитарах, грибах, физике, писателях и многом другом подчеркивают важную черту режиссера — любознательность. Джармуш — образованный и внимательный зритель не только киноэкрана. Зритель всего вокруг; реальности. Отсюда в его фильмах ощущается эта жадная наблюдательность. Своё удовольствие от созерцания он делит со зрителями, поэтому всё так неторопливо и робко.

Фильм классный. Рекомендую. Павел Клинг.