Ксавье Долан — невероятно талантливый художник. Несмотря на свои 25, он снимает зрелое и увесистое кино. В прессе его клеймили “вундеркиндом” и “гением”. Зрительская планка ожиданий поднимается с каждым новым фильмом. Долан всё понимает и всякий раз прыгает выше. Его предыдущие фильмы — “Я убил свою маму”, “Воображаемая любовь” и “В любом случае, Лоуренс” — призваны стимулировать зрительское сердце. Если уж покусился на любовь, то нужно дёргать зрителя за все эмоции и чувства. Долан успешно занимался этим три фильма подряд. Зрители катарсировали, пуская по рукам и ногам мурашки, а по щекам слёзы. “Том на ферме” же вгрызается в мозги. Не растеряв характерное визуальное богатство, режиссер снимает тонкий психологический триллер.

Том приезжает на ферму, чтобы прочитать речь на похоронах своего парня. Почти все слёзы выплаканы, ноет лишь болезненная усталость. В провинции живет семья покойного: измученная мать и старший брат-тиран. Потрёпанная фотокарточка, где ещё живой сын целуется с приятной девушкой — единственное, что рассказывает матери о его личной жизни. И то, фото сделано по просьбе Франсиса, так зовут братца погибшего, который не хочет расстраивать маму свободными нравами крупных городов. И приезжий Том для мамы всего лишь друг сына. Но только не для Франсиса.

“Том на ферме” — многогранное кино.

Одна грань — конфликт социальный. Городская раскованная жизнь соревнуется с вонючими коровниками и узколобом менталитетом. Опять же: геи vs гомофобы, личность vs стадо. Как и в “Лоуренсе”, вечная борьба “белой вороны” против общества за право быть свободным. “Я всё расскажу твоей матери!” — с яростью заявляет Франсису Том. А в ответ череда ударов по лицу и рёбрам.

Другая грань — конфликт человеческий. С одной стороны сцены — Том, честное богемное дитя. С другой стороны — Франсис, грубый лицемер-деревенщина. И если первый спокойно разговаривает о сексуальном опыте и чувствах за обедом, то второй чуть ли не трещит по швам от агрессии. Франсис боится непонимания, поэтому маска грубого и неотёсанного мужика — лучшее, что можно предложить провинциальному окружению. Хотя он также страдает, любит, завидует и желает. Том и Франсис примерят роли врагов, друзей, отца и сына, братьев, любовников. Ещё обменяются жизненными установками. Том замыкается, тонет в навозе и деревенских заботах. А Франсис осваивает свободу. Долан вышел на высокий уровень драматургии. Рыться после сеанса в героях — процесс долгий, но приятный.

Третья грань — конфликт любовный. В гробу лежит не труп, а страдальческая и сильная любовь. И вот её засыпают землей. Но жизнь подкидывает режущие флешбеки, новые подробности отношений. Герой живёт прошлым и старается связать себя, как можно крепче, с тем, что он когда-то любил. Цепляясь за ассоциации и воспоминания.

“Том на ферме” — мощное кино. Долан удачно освоил новую территорию. Теперь интересно, куда он пойдёт дальше. Флаг ему в руки, anyways.

Павел Клинг